Было это год назад. Мой знакомый айтишник отказался покупать телефон Samsung, выбрав Nokia, который был дороже, но внешне и по функциям почти ничем не отличался. Аргументировал так: «В „самсунгах“ стандартный шрифт меню дурацкий. Таким же шрифтом была напечатана моя повестка в военкомат, когда меня на два года забрали». Но это присказка.

Я работаю веб-программером. Недавно вызывает меня к себе шеф, чтобы я оценил работы моего возможного помощника. Начинаю разведывательную деятельность с просмотра в браузере визуальной части приложения. Открываю сайт, хожу по страницам — всё мило и приятно. И тут в голове возникает вопрос: откуда этот до боли знакомый шрифт на ноутбуке, в котором я все шрифты, не являющиеся стандартными, удалил для тестирования сайтов? Открываю код, вижу огромную базу вполне логичных функций и очень много тегов <img>, хотя страница абсолютно лишена графических элементов. Кликаю правой кнопкой по странице и всё понимаю.

Оказалось, парень абсолютно не знает тегов HTML (кроме вышеупомянутых <img>), но зато хорошо владеет PHP, Perl и... «пейнтом». Как он до этого делал сайты, ума не приложу, но он божится, что никто из его прошлых заказчиков никогда никаких претензий ему не выдвигал.

Программера мы всё же решили оставить и обучить азам HTML-кодинга, чтобы не создавал больше головную боль хостерам, через чьи сервера проходил весь трафик «нарисованных» сайтов.

Устраиваюсь на работу сисадмином. Пришёл на собеседование. Посыпалась куча вопросов: какие сети знаете, какие оси можете админить, с какими базами данных работали... Самый каверзный вопрос был очень неожиданным:

— На сколько болтиков вы закручиваете крышки компьютерного корпуса?

Пребывая в шоке от необычного вопроса, я ответил честно: «На один, а иногда не закручиваю вообще».

На работу не взяли. Ребята, не болтайте про болтики!

Учусь в 11 классе. На телефоне держу всё необходимое: джаббер-клиент, расписание уроков, инженерный калькулятор, шпоры... Всегда ношу с собой зарядник — аккумулятор на телефоне старый, а новый всё никак не куплю. Так вот, в один прекрасный (но очень загруженный различными курсами и дополнительными занятиями) день я оставил зарядник в кабинете информатики. Надо сказать, дело было в пятницу, а в субботу я не учусь, да и информатикой в этот день никто не занимается. Ну, думаю, фиг с ним, можно и от USB-шнурка заряжаться до понедельника.

Дома вечером обнаруживается неприятное обстоятельство — зарядка от USB не идёт. Крутил-вертел, настройки переставлял — результата не было. Время позднее, уже спать хочется. Тут взгляд падает на зарядник от плеера, блок питания с портом USB и пятью вольтами на выходе. В голове щёлкнуло, и понеслось...

Сонливость быстро улетучилась. Из коробки с деталями извлекаются USB-шнур от древней мыши, остатки китайской «гавнитуры» от моего мобильника и тестер. Беру сониэриксоновый штекер от «гавнитуры», выдёргиваю все лишние штырьки плоскогубцами, переставляю на нужные места, определяю тестером нужные жилки в шнуре, обрезаю лишние, честным словом скрепляю провода с соответствующими штырьками на коннекторе. Вставляю полученный шнур в зарядник, потом в мобильник... Работает! Жутко довольный собой, отправляюсь спать.

Предлагаю свою кандидатуру на звание злейшего врага сисадмина. Это не бухгалтеры, не телефонисты и не электромонтёры, а обыкновенные уборщицы.

У нас в офисе вообще военные действия разворачиваются. Вчера эта зараза сначала выдрала из стенки четыре метра никому не мешающей витой пары. Как, зачем, почему? Мусор она убирала.

Ладно, это цветочки. Прибегает начальник: «Не могу распечатать, принтер не работает». Принтер сетевой, на пинги не отзывается. Смотрю на кабель — уходит под плинтус. Плинтус новенький, целый — обрыва быть не должно. Странно... Проходящая мимо уборщица рявкает:

— А чего ты тут по плинтусам шаришься? Мусор опять раскладываешь?.. Я твои штучки-дрючки подрезала и аккуратно убрала.

Короче, ребята меняли плинтус, а закрывали, видимо, на скорую руку — часть кабеля из-под плинтуса вылезла. Эта сволочь аккуратно всё подрезала, хвостики заправила обратно и ушла довольная!

Сети и уборщица — это как утюг в холодильнике: кто кого...

Созрел план мести. Я протянула силовик, хорошенько прижала шкафом и воткнула в «пилот». Сработало! Убрать кабель ей не удалось, и она решила его удалить — полчаса валерьянку кушала.

Но последнее слово всё же осталось за ней. Как только эта зараза оклемалась, она мокрой тряпкой в работающем серваке с открытой крышкой (мать еле дышит, кондёры вздуваются) пыль вытерла... Ей-богу, все швабры ей переломаю!

Работаю сисадмином в средней компании, попутно дома (пере)собираю компы, ну и изредка через знакомых эникею.

Однажды залез в дальний угол шкафа и обнаружил там видеокассету с надписью «%my_name%, детский сад». Живо заинтересовался. Откопал видеомагнитофон, пылящийся в шкафу, подрубил через тюнер и начал смотреть, попутно собирая товарищу игровую машинку.

Запись доходит до момента «А кем ты хочешь стать, ребёнок?» Ответы тривиальные: пожарником, милиционером, военным, лётчиком. Когда очередь дошла до меня, я долго мялся и под конец ляпнул:

— А я... А я хочу делать компьютеры!

Шлейф выпал из обмякшей руки. Непроизвольно вырвалось: «Бл@#ь, накаркал!»

Сейчас я работаю сисадмином в частной конторе, а пару лет назад был эникейщиком в судебной системе города N-ска. Заглючил компьютер в одном из судов. Что было — уже не помню, но глюк был железячный и сильно мешал в работе. Привезли его нашим техникам, те его быстренько распотрошили и начали выявлять неисправность стандартным методом: втыкали по одной детали и смотрели результат, если всё было нормально — втыкали следующую.

Но не тут-то было. Глюк повторялся с любой железкой. Ну, думаем, мать сдохла. Ставим другую мать, начинаем процедуру снова — то же самое. Потихоньку начинает сползать шифер. Меняем диспозицию: мать старая, железки новые. Та жа канитель. Кто-то из техников от отчаяния с горькой иронией произносит: «Наверное, корпус глючит».

Короче, пришлось полностью менять начинку, только старый корпус остался. В память об истории в отделе появилась крылатая фраза «Корпус глючит», употребляемая в случае необъяснимых причин неисправности.

Работал я как-то в «королевстве г@вна и пара» (Горводоканале) родного периферийного городка эникейщиком, наборщиком текстов и многопрофильным мастером по игре на дуде. По штатному расписанию определили «слесарем-ремонтником канализационных систем» — какая техника, такая и должность.

Как-то раз на единственном вменяемом ПК конторы (в бухгалтерии) села батарейка на матери. Так как я работал на нём ежедневно, то настраивать BIOS мне быстро поднадоело. Батарейка — мелочь; трабл был в том, что ПК опечатан, а продавец и сервис находились в областном центре. Никакие уговоры отвезти девайс ближайшей машиной для минутной починки на главбуха не действовали: «Вчера же как-то работал — что сегодня мешает?» В одно прекрасное утро я решил ничего в биосе не ковырять, оставил в покое сообщение о системном диске-инвалиде и отрапортовал главбуху, что «встроенный резервный генератор исчерпал все возможные ресурсы». Договорились ехать на следующий день.

Так как работы особо не было, я побрёл в соседний отдел протирать защитные экраны на древних мониках (давно жаловались, что мониторы потускнели и работать сложно). Экраны вычистил, тётки чаем напоили, а с юристом я выпил пива (рядом находился пивзаводик, на котором я тоже успел поработать со всеми «вытекающими»).

Вернулся в кабинет к потухшему писюку, отсоединил, упаковал, подготовил к отправке. Местные тётки-бухгалтерши стали жаловаться на отсутствие музыки — винамп-то уже в коробке... Я достал маленький FM-тюнер, подключил его к 210-м «свинам» (жалкое подобие акустики, популярное в конце девяностых) и настроил на какую-то станцию. Тётки рады. Для нормального приёма пришлось опустить тюнер на шнуре за стол. Для непосвящённого картина была привычной: монитор, клава, мышь, колонки и музыка. Главбухша тут же выскочила из своих апартаментов: «Раз ты комп починил, почему не работаешь?» Мой бредовый донельзя ответ заставил её ретироваться и выделить мне с писюком место в машине:

— Понимаете ли, уважаемая ***, звуковые платы современных компьютеров, к коим, несомненно, относится новое приобретение нашей замечательной организации, имеют полупиэсную архитектуру. Не стану томить вас заумной терминологией. Скажу просто: полпиэса в системнике, а полпиэса в колонках. То, что в системнике, отвечает за озвучивание различных сообщений системы, а полпиэса в колонках — за мультимедию. Вот и на колонках есть соответствующая надпись «210 Multimedia Speaker System». То бишь музыку можем, а базу нет — батарейка села».

Главбухша аж рот открыла, но по привычке оставлять последнее слово за собой решила сумничать:

— А «210» — это количество песен?
— Совершенно верно! А вы говорите, что ничего в этом не понимаете, — подыграл я и продолжил гнать. — Только я это ограничение благополучно взломал, и теперь можно слушать гораздо больше.
— Вот молодец! Но после ремонта чтоб всю работу доделал!

Программисты, бывает, кажутся безумно умными и способными замучить любого собеседника-непрофессионала своей рабочей терминологией. Они могут взламывать сайты Интерпола одной левой и решать проблемы рядового бухгалтера после двух бессонных ночей подряд, умеют сосчитать «много всего», используя только ноль и единицу, и даже шторы на окна вешают методом дихотомии. Однако если присмотреться и поэкспериментировать, то выяснится, что все они витают в облаках.

В ноябре отдел программирования, в котором я работаю, заполнял план отпусков на следующий год. Мне, как самой близко сидящей к начальнику, листок достался первой, и я радостно написала «июль 2009». Почерк у меня, надо сказать, почти как у педиатра с десятилетним стажем, поэтому коллега, глянув на мои каракули, внесла в своё поле «август 2008». Следующий товарищ взял за образец её запись, и в его графе тоже гордо значился какой-то месяц 2008-го. Когда дело дошло до Шурика, скромного и тихого молодого человека, он шепнул на ушко соседу: «У нас ошибка», — и оба исправили «2008» на «2009». Результаты отдали начальнику, который обнаружил наши восьмёрки, с упрёками в тупизне в адрес половины отдела велел исправить на девятки и даже дописал что-то своё.

Отдел кадров с удивлением был вынужден признать, что в новом 2010-м году программисты отдыхать не будут.

Работаю на громкой по названию должности в государственном учреждении высшего звена, но по сути являюсь простым системным администратором.

Каждый день выслушиваю по телефону фразы о том, что я программист, и именно я обязан настраивать значки в ворде и удалять ярлыки на рабочем столе, потому как они этому не обучались. В последнее время стали появляться весьма интересные жалобы:

— Здравствуйте, у меня язык скачет.
— Здравствуйте, я ищу себя в справочнике на букву «Н», а меня там нет! (Оказалось, фамилия у неё на «Р».)

Сегодня получил служебную о том, что после установки нового компьютера пропал инет. Ну, думаю, айпи поменялся или ещё что. Захожу удаленно, открываю IE, проверяю яндекс с гуглом — всё открывается и работает. Звоню клиенту, тот ликует:

— Теперь стали работать два сайта! Если можно, навводите мне ещё, как на старом.

Мое первое знакомство с компьютером вообще и программированием в частности состоялось в восьмом классе школы. Происходило это всё в Доме Пионеров. Компьютерный класс состоял из нескольких «Корветов ПК8010» и одного главного «Корвета ПК8020», объединённых локальной сетью. Программировали мы на бейсике — других языков ещё не знали.

Никаких дискет и стримеров не было. Точнее, дисковод на головном «Корвете» был, но со странностями (об этом ниже). Первые коротенькие программки набирались быстро и в общем-то сохранения не требовали — нужные алгоритмы и функции записывались в тетрадки карандашиком. Но вот я дорос до написания Игры в Го, а одноклассник решил заняться «Морским Боем». Почему с больших букв? А вы попробуйте разрабатывать и отлаживать программу в тетради в клеточку...

Через некоторое время обе игрушки были наконец закончены и отлажены, поэтому их нужно было сохранить на дискетку для последующей быстрой загрузки, да и вообще для истории. Естественно, перед этим финальные варианты были скрупулёзно занесены в тетрадки. При сохранении возникла проблема с тем самым «весёлым» дисководом. Эта радость, побитая временем, работать сама по себе отказывалась — шпиндель приходилось раскручивать вручную, «с толкача». Процесс сохранения выглядел следующим образом:

1. На компьютере-терминале набирался нужный для сохранения код.
2. На сервере с дисководом код перекачивался в оперативную память и скармливался запущенному в фоне интерпретатору бейсика.
3. Дальше один человек не справлялся:

— Первый участник нависал над клавиатурой с целью нажать по сигналу Enter после команды SAVE "%filename%".
— Второй, хитро извернувшись под столом, залезал рукой в системник и указательным пальцем держал шпиндель дисковода с целью его раскрутки.
— Третий синхронизировал действия команды, отдавая приказы с определённым временным интервалом.

На практике выходило раза с третьего-четвёртого.

Помимо «запуска с толкача», у дисковода была ещё одна проблема: из интерпретатора бейсика он не мог записывать более ста строк кода за раз. Мне-то ещё повезло — го заняла всего 180 строк и сохранилась за два подхода, после чего файлы я слил в один. Однокласснику пришлось хуже — его «морской бой» занимал около тысячи строк кода. Фраза «и так 10 раз подряд» для всех участников процесса сохранения этого шедевра на дискетку имела впоследствии сакральный смысл.