Дело было в эпоху царствования 386-х — в то время IT-ориентированных людей было намного меньше, чем нынче.

Сотрудник одной из кафедр нашего института написал прикладную графическую программу для визуального отображения результатов расчёта математических моделей своей научной работы. Завершив отладку, для демонстрации работы программы он пригласил в вычислительный центр кафедры своего научного руководителя, многоуважаемого профессора, представителя старой школы и старой закалки. Усадив его рядом с компьютером, сотрудник в руку мышку и со словами «смотрите, как она работает» принялся задавать различные параметры расчётов.

Через десять минут его прервал недоумённый возглас профессора: «И долго мне ещё на это смотреть?!» Оказывается, всё это время тот сосредоточенно следил за... мышкой.

Работал админом на какой-то айтишной конференции. Зовут меня — как обычно, «компьютер не работает».
Прихожу и вижу десятка три человек, сгрудившихся над столом и бурно что-то обсуждающих. Проблема заключалась в том, что текст, находящийся за курсором, по мере набора удалялся. Все «грамотеи», половина из которых — сертифицированные специалисты Микрософта, уверены, что на машине бушует вирус. Самый проворный уже запустил с флешки свой антивирус.

Нервно распихав «специалистов», пробираюсь к клавиатуре «сломанного» компа и демонстративно нажимаю на Insert. Один из сотрудников, возмущённый моими действиями, аж закричал: «Ты не тыкай, а подожди, пока антивирус доработает!» Меня накрывает. Ехидно бросаю: «А ты дипломы Микрософта купил, умник?»; со злостью выдираю кнопку Insert и удаляюсь к себе на этаж.

На следующий день агрессивный сотрудник извинился и купил мне пива, а я по почте отправил ему ссылку на сайт с описанием функциональных клавиш.

Случилось мне этим летом в Мурманской области заказник сторожить. Изба у черта на рогах, на триста километров в любую сторону ни одной живой души, за исключением многочисленных лосей и медведей. Собственно, работа заключалась в том, чтобы этих самых лосей и медведей из заказника не выпускать. Местных с ружьями благополучно отгоняли мои коллеги в погонах — по этому поводу беспокоиться не приходилось. А как уследить за парой сотен представителей фауны?

Мои предшественники понавешали на несчастных животных радиомаячки. Cидя в избе, можно было наблюдать за перемещениями живности, вглядываясь в движущиеся зелёные точки на экране самопального подобия радара. Существенным недочетом системы было то, что постоянно приходилось отлавливать «севших» животных для замены элементов питания (двух пальчиковых батареек).

Гоняться на вездеходе за медведями мне быстро осточертело, и я решил внести в эту «совдепию» свою админскую лепту. Заказник с трех сторон ограничен водой, поэтому важнее всего было следить за перемещением животных только в одном направлении — к свободе и браконьерам. Работники заказника называли это направление «на севера».

Аккурат по границе заказника «на северах» проходила старая телефонная линия. Естественно, мне остро захотелось воспользоваться этим географическим объектом. Решение пришло сразу же — сделать телефонку источником радиосигнала, чтобы маячки зверей издавали отпугивающий звук при приближении к границе. С материальным обеспечением было плоховато, но я справился с задачей — с помощью приличного усилка, раскопанного в клубе местного райцентра, мне удалось пустить по телефонке радио «Маяк».

Некоторое время пришлось потратить на переоборудование животных, но усилия были вознаграждены. Теперь по нашему заказнику бродят звери, у которых на шее всё время что-то бормочет «Маяк». Вдали от телефонки сигнал слабый, а на подходе к границе громкость резко повышается. Удивительно, но когда передают хорошую музыку, звери охотнее подтягиваются к границе!

Работал я некогда в саппорте крупной компании. Как-то раз мне позвонил один из крупных начальников с одной из вечных проблем — вернулся из отпуска и забыл пароль от своей виндовой учётки. Как выяснилось, пароль от администраторского аккаунта он в своё время поменял и благополучно забыл.

Что было делать? Я загрузился с линуксовой recovery-дискеты, сменил пароль его учётки на «123» и поставил наш стандартный пароль для администратора. Начальник, обрадовавшийся было обретению контроля над машиной, зашёл под своим логином, поменял пароль, но вдруг изменился в лице и спросил:

— Это вот так вот легко можно компьютер взломать?
— Нет ничего проще.
— А как от этого защититься можно? — поинтересовался он с надеждой.
— Физически ограничить доступ к компьютеру, — отшутился я.

Кто же знал, к чему приведёт эта шутка? Теперь по вечерам, уходя домой, этот товарищ отключает системный блок и закрывает его на ключ в тумбочку.

Сегодня днём звонят бухгалтеры: флопик, дескать, дискеты перестал читать. Вчера всё работало (ох, сколько же раз я это слышал), а вот сегодня ни в какую. Ладно — беру отвёртки, вскрываю системник. Корпус небольшой, пока половину не разберешь, хрен до чего доберешься, да и то работать приходится в позиции «камасутра и не предполагала». Выкручиваю несчастный запылённый флоппик, развинчиваю и обнаруживаю внутри шторку от дискеты. Обычно они остаются внутри, если дискету вытаскивать рывком. Предъявляю запчасть бухгалтерам: «Ну и что это такое?» Невинные глаза: «Мы ничего не зна-аем, вчера же всё работало, а вот утром отказалось!»

Замечаю на столе, видимо, ту самую дискету без шторки. Ярко представилась картинка: дискета ночью заползает в привод, шебуршит там, после чего с криком «Банзай!» вылетает из него, оставив внутри важную часть своего тела, из последних сил заползает на стол и умирает там в гордом одиночестве, никем не понятая, но совершившая великое дело.

Дело было на первом курсе университета. Проходил у нас тогда практикум по Unix — мы писали скрипты, подключаясь к серверу через PuTTY. Мужская часть группы (12 человек), дружно игнорируя изучение awk и sed, во время практикума играла в Warcraft III.

Курс был интенсивный — четыре первые пары каждый день. Препод приходил лишь раз в неделю и смотрел результаты, что нам было весьма на руку. Сознательных же девчонок очень сильно смущал тот факт, что толпа пацанов с утра до ночи убивает «крипов» и не даёт заниматься самообразованием. Быстро смекнув, во сколько приползают «игрунки», девушки решили приходить в универ пораньше.

Естественно, однажды утром свободных машин нам не досталось. За десять минут был написан скриптик (таким образом, я, кстати получил знания об awk), который вытаскивал с сервера список пользователей и отправлял каждому файл с тысячей пустых строк. Крик, визг из машинного зала — конец всему, что сделано за утро! Прекрасная половина курса отправилась работать домой, а мы спокойно продолжили «творческий процесс».

Однажды, усталый, голодный и злой,
С работы я шёл, возвращаясь домой,
Была холодна та июльская ночь,
Никто не хотел мне согреться помочь.

Домой я пришёл и сел за десктоп,
К нему прикоснулся я пальцами стоп.
Холодный как камень, и я обомлел:
Ведь он невключённый стоял не у дел!
А как же мой торрент, а как пи-ту-пи?
Лишь ветер свистит в кулерах, как в степи...

За бубном тянусь я дрожащей рукой.
Лишь с ним обрету долгожданный покой.
Но — чу! — там, где бубен лежал много лет,
Лежит только пыль — а бубна-то нет.

С пристрастьем допрос проводил я кота,
Но кот ни при чём, его совесть чиста:
В тот миг, когда бубен отсюда пропал,
Кот с кошкой на крыше, влюблённый, гулял.

Мой бубен и жизнь! Моя сила и свет!
Вчера ещё был, а теперь тебя нет!
И как воскресить мой несчастный десктоп?
О, вар, лог и бут! О, хоум и своп!
И пинг не пройдёт больше, можно не ждать,
И жизнь мне не жить уж теперь — коротать.
О, мне бы хоть маленький бубен — но нет,
Надежды не брезжит мерцающий свет.

Я бит, я раздавлен, без пива я пьян,
В душе вместо лотосов только бурьян.
Нет бубна, и руки повисли как плеть,
И мне не смеяться теперь и не петь,
И кот не спасёт меня, сколько не гладь,
Осталось не жить, только лишь доживать.

Но кот подошёл и в глаза заглянул,
И за штанину меня потянул.
«Отстань от меня, — крикнул, — глупая тварь!»
Кот тихо ушёл и принёс календарь.
«Июль», — прочитал я. И что же с того?
Июля осталось всего ничего,
Последняя пятница — дальше осталось
Нам повстречать только муторный август.

Я на кота в озареньи смотрю,
«Кот, ты же гений!», — ему говорю.
Конечно же, в этот вот день каждый год
У бубнов свой бубний проводится слёт!
Весь мир собирается: каждый готов
Поведать, кто сколько спасал серверов,
Похвастать, кто сколько умеет плясать...
Тот день учреждён много сот лет назад.

Хозяевам бубнов на этот день сразу
Придумали свой замечательный праздник:
Мол, пусть отдыхают, гуляют, кутят,
Покамест все бубны поговорят.
А значит, мой бубен вернётся домой,
Мы встретимся, снова он будет со мной!
Осталось мне только чуть-чуть подождать —
И я в ожиданьи отправился спать.

Проснулся от звона. Какой странный звук:
Негромкий, но дрожь аж доходит до рук.
И вот я к источнику звука пошёл,
И не поверите, что там нашёл!

Мой бубен лежит там, а рядом лежат....
Мой бубен привёл за собой бубунят!
Совсем ещё крошки, размером с пятак,
Но всё же звенят уже эдак и так.
Я к ним потянулся, не веря, рукой,
Мой бубен проснулся, и... ах, боже мой!
Мы так обнимались, и я был так рад
Увидеть мой бубен, а с ним бубунят.

Десктоп мой, стоявший в июльской тени,
Стал первым, кого воскресили они.
Совсем ещё робко, в свой первый раз,
Три бубунёнка пускаются в пляс.
Конечно, одни бы не справились, нет,
Но бубен большой помогал им советом.
И вот зажужжали опять кулера,
В сердцах закричал я: «Свершилось! Ура!»
Десктоп, оживая, мигнул монитором,
От радости громко кричали мы хором.

И вот отплясали победную пляску,
Истории той наступает развязка.
И три бубунёнка ушли подрастать,
А я, притомившись, отправился спать.

Проснулся — привычно шуршат кулера,
Суббота, вставать ещё лень, но пора,
И бубен привычно на месте лежит,
И кот одним глазом за мною следит.
А три бубунёнка пускай подрастают —
Им скоро найдут своих личных хозяев.

Хозяину бубен — отличнейший друг,
И вечно он помнит тепло его рук.
Храните свой бубен, любите его,
В умелых руках бубен — как волшебство.
И помните, бубен ваш, хрупкий и тонкий,
Быть может, отец или мать бубунёнка...

А мы с моим бубном простимся засим,
Пойдём оживим кого иль воскресим.

Попросила меня как-то знакомая глянуть компьютер подруги — общий осмотр провести, вирусы вылечить и диагностировать причину подтормаживаний.

Приезжаю к подруге. Всё, казалось, было в порядке, пока я не прикоснулся к клавиатуре. Судя во всему, клава была давно и основательно залита чем-то сладеньким. Спросите, почему давно? Некоторые клавиши уже не залипали, но намертво застыли на века. Чёрт бы с функциональными клавишами F1 — F12; меня добила кнопка Esc, при нажатии уходившая вниз и остававшаяся в зажатом положении, пока её не выковыряешь чем-нибудь острым. После нескольких таких нажатий я уже ругался трехэтажным матом про себя — наружу проскакивали лишь короткие, хлёсткие восклицания.

Интересуюсь: «Как же ты живёшь с неработающей кнопкой Esc?» Выяснилось, что подруга ей просто не пользуются. Клавиатуру пришлось помыть, комп вылечить от червей и троянов, а девушка получила от меня прозвище «безотказная».

Пригласила меня девушка-соседка посмотреть, почему у неё не работает беспроводная мышь. Говорит, когда подносишь грызуна к блютуз-приемнику, всё работает, а если отодвинуть сантиметров на двадцать — сигнал пропадает.

Первым делом я посоветовал сменить батарейку, но девушка заявила, что батарейка новая, только что из пачки. В чём же проблема? Сигнал ничего не должно мешать, да и раньше мышка не барахлила. Я уже собрался признаться в своем бессилии, но соседка «за беспокойство» решила угостить меня шоколадкой, лежащей на полочке с дисками. Удивительно, но после этого мышь заработала! Хоть плитка шоколада и не преграждала путь, но её фольга, по-видимому, отражала сигнал в непонятном направлении, создавая помехи.

Юзер, помни: поощрение за работу значительно ускоряет решение околокомпьютерных проблем!

В самом начале трудового пути я работала администратором в универском компьютерном клубе. Не сисадмин, а, так сказать, «рулевой» — с клиентами общаться, за компьютеры их пускать, деньги собирать — словом, сугубо организационная мелочь. В какой-то момент творившаяся в заведении разруха всех окончательно достала, виноватые головы были уволены, а я привела двух новых сисадминов. Они переустановили сервак, построили нормальную сетку, поставили пару «клубных» софтин, чтобы нас же самих не обманывали, и Remote Administrator за компанию, чтобы разделываться с жуликами.

Итак, поздний вечер, 31 октября, Хеллоуин. За 15 минут до конца рабочего дня заваливаются две (извините уж за неполиткорректность) блондинки:

— Нам в интернет!

Угу, «вконтактик» давно не смотрели, ясно. Через две минуты истеричный вопль: «Компьютер не работает!» Зашла, глянула тихонько — всё в норме. Спрашиваю, в чем дело. «Не работает, и всё». Ладно, клиент всегда прав — пересаживаю их за другой комп. Опять истерика — они, дескать, работать не могут.

— В чём дело?
— (c глазами, полными суеверного ужаса) У вас компьютеры на английском!
— Эмм, да, английский Windows. Другого нет.

Вижу желание уйти и хлопнуть дверью, но «вконтактик» дороже.

— И у нас интернет не работает.

Да что ж за нафиг — работает там всё! Я, конечно, догадалась, что их напугала оболочка с ярлыками «Мой компьютер», «Мои документы» и «Internet Explorer». Угадала правильно, они искали «Оперу» и не нашли её, но меня это уже стало утомлять. Объяснила им, что IE — тоже браузер, через него «вконтактик» тоже работает. Ушла к себе грызть столешницу — бесят! До конца рабочего дня 10 минут, а они там на час, не меньше.

Вспоминаю про RAdmin. Сейчас уже не помню, что конкретно я с ними проделывала, но ужас и непонимание в их глазах были бесценны. Очень вовремя зашел один знакомый сисадмин, я его послала девочкам «на помощь», а сама продолжила развлекаться — думала, что тот поймет и подыграет. Повыводила веселеньких модальных окон с добрыми сообщениями в духе хеллоуина; через пять минут девки выходят ко мне с виноватым видом, суют деньги за интернет (там за трафик набежало где-то рубля два) и быстро-быстро делают ноги. Админ подсаживается, смотрит на меня виновато и говорит: «Они тебе какой-то вирус посадили...»

Ага, и я даже знаю, как этот вирус зовут. Зато с работы ушла вовремя. Коварная, бессердечная!