Говорят, дома повара готовят картошку с селёдкой и солянку с колбасой. Культивируемый стереотип, что айтишник — это неухоженный гик, порядком утомил.

Нет, у меня дома не серверная, а один-единственный ультрапортативный ноутбук, с которым можно посидеть в кресле. Кстати, на нем стоит «домашняя» Виндоус 7 и совсем немного программ.

Нет, у меня дома не самая дорогая безлимитка, которую раздаёт крутой маршрутизатор с кастомной линуксовой прошивкой, а самый дешёвый тариф «Стрима» и обычный вайфай-роутер с модемом.

Нет, я не пользуюсь коммуникаторами на Symbian, Android, Windows Mobile и iOS. У меня обычный телефон, чтобы звонить и писать SMS. Каюсь, иногда он работает Bluetooth-модемом.

Приходя в гости, не ищите у меня спрятанные по углам носки, свитер, плюшевого пингвина или Ктулху, — не найдёте. И пива с пельменями в холодильнике тоже нет.

Да, я хожу в магазин с бумажным списком покупок, а не с todo-приложением.
Да, я каждое утро бреюсь и принимаю душ, а ещё хожу на работу в деловом костюме.
Да, после 23:00 меня уже нет в сети.

По выходным мы с друзьями выбираемся на природу и не обсуждаем Стива Джобса, Ричарда Столлмана и новые вебдваноль-сервисы. Кстати, друзья вообще не компьютерщики.

Я не отказываюсь в свободное время помочь знакомым или знакомым знакомых с компьютером, сервером на работе, сайтом, выбором техники. Пожалуйста, не думайте только, что айтишники женаты на компьютерах — у них есть и другая жизнь!

С утра мамке на бук поставил VNC. Полчаса назад её подгонял хавчик пойти готовить — сказала, что пойдёт через час. Ждать охоты нет. Пишу ей SMS с сайта оператора, она отвлекается на телефон. Подрубаюсь через VNC, меняю время на буке, напоминаю о том, что время уже пришло, — и мама идёт готовить.

Устанавливает друг винду «зверскую» и мне названивает: а это как, а это что? И ведь вроде уже далеко не в первый раз это делает, и диск у него установочный тот же самый. Но к чему самому думать, если можно позвонить и спросить?

Звонит, говорит, что всё установилось, только слетала установка несколько раз. Интересуется, как буковки на дисках изменить.

— Переустановлю ещё раз, а то при загрузке она окно выбора выдаёт. Там три винды, работает одна.

Я недоумеваю. Потом до меня доходит.

— Установка, говоришь, слетала? То есть начиналась установка, комп перезагружался, выскакивало меню загрузочного диска, и ты снова выбирал пункт «установка»?
— Ну да.

Бедный зверодиск... Только когда товарищ отвлёкся на минутку, винда смогла отсчитать десять секунд таймера и запуститься с диска С. Дважды бдительное око юзверя отправляло установку по кругу; если бы не приспичило в туалет, друг мог бы надолго закольцеваться.

Утро субботы начиналось совсем неплохо. Согласитесь, это же круто — до половины пятого смотреть «Проклятье», «Сайлент Хилл» и «Дом восковых фигур». А потом инет заканчивается, и ты слышишь проникновенное: «Бл@#ь! Сервер упал!»

И вот я, как жена декабриста, отправляюсь вслед за суженым, а потом ещё час торчу на чердаке старого дома, где лохмотьями свисает паутина, пахнет гнилью и периодически выключается свет. Стоишь ты в майке, шортах и кедах, а изо рта пар, потому что −10, мать их, и слушаешь, как где-то что-то кряхтит и трещит. Но ещё ужасней, что в глаза светит дисплей ноута, и вокруг особо ничего не видно. Вслушиваешься, вжимаешься в стену, и тут дикий шёпот с другого конца крыши:

— Там на роутере четыре лампочки горят?!

Быть тяжело женой админа,
Но у жильцов не пропадёт инет.
Порой страшна моя судьбина,
Но мужа лучше не было и нет!

Представь, что рядом с тобой находится такое же устройство, как и ты, за исключением одного... разъёма. Требует постоянного подключения к интернету, раскидывает всё, с чем работало, в псевдослучайные места, захламляет оперативное пространство на столе. При обращении может зависнуть минут на десять, но в итоге выдаст правильный ответ. В случае отсутствия запросов может уйти в сон за несколько минут, причём без предупреждения и возможности настройки. Все задачи вы будете делить пополам независимо от их типа: например, очистку корзины и обработку ошибок «нет чистой посуды», «пиво не найдено» и «пепельница переполнена», за исключением использующих тот самый разъём. Обращение по цветочно-конфетному протоколу вызывает ошибку «не пьёт», DoS-атака — «не е$#т мозг».

Положительные моменты тоже есть. Легко настраивается самостоятельный поиск Cannibal Corpse на торрентах. Cкорость подготовки устройства накрашиванием доведена до единиц секунд. Глупые вопросы обрабатываются самостоятельно, вероятность возникновения критической ошибки с неразборчивым логом практически нулевая, а ваши драйверы почти одинаковы.

Решать тебе. Сможешь ли ты нормально работать с аналогичным устройством в условиях одноранговой сети? Сможешь ли выдержать нагрузку, создаваемую такой же, как ты сам?

Как-то раз ехал в поезде. Попалась попутчица, девушка лет семнадцати; что-то там шила, я сначала не придавал значения. Потом, часа через три, в Питере зашла девушка с ребёнком. Когда её малец смотрел мультики на ноуте (под Убунтой), не давая спать, игнорируя просьбы убавить громкость или достать наушники, я решил, что занятия интереснее курения манов мне не найти, и принялся за дело. Позже та, что с ребёнком, спросила у молоденькой, что же она шьёт. И тут у меня порвался шаблон:

— Это пингвин. Ну, знаете, символ линукса — операционная система такая. У меня молодой человек линуксоид, они любят такое. Вот будет этого показывать и говорить: моя девушка сшила!

Так и ехали: я, читающий маны, пацан, смотрящий мультик через Totem, и рукодельница с милым сердцу Туксом.

Читал «IT happens» и улыбался. Чему улыбался? Да тому, что админ — это обязательно свитер, борода и непричёсанный хаер. Почему улыбался? Друзей-админов много, но лишь один из них носит свитер, да и то лишь когда болеет. В общем, посмеялся я над стереотипом админа, высеченным в мозгу юзеров, и забыл.

Живу я в общежитии. В общаге находится интернет-клуб; в него как-то пришла подруга и затребовала помощи. А я чего — я помог. Только во время моей помощи ко мне обратилась куча народу с просьбами. Двум подсказал, остальным отказал: «Я тут не работаю».

По пути домой я думал, почему меня приняли за работника. Ответ я нашёл лишь в комнате: из зеркала на меня смотрел Настоящий Админ.

Когда я учился в институте, с нами грызли гранит и иностранцы-негры. По-русски за пару лет шпрехать научились довольно бойко, но всех тонкостей русского языка, понятное дело, не понимали. С этим было связано множество приколов, но один запомнился особенно.

Попросил один африканский друг моего одногруппника помочь написать программу на Паскале. Программа простая: что-то там нарисовать на экране. Рисуем контур, потом вызываем процедуру закрашивания. На вход процедуры подаются координаты точки, из которой начинается закрашивание; продолжается оно до границы другого цвета, так что точности особой не требуется. Тут африканец спрашивает, почему параметры такие и как их узнать. Одногруппник отвечает: «Методом тыка». Немного подумав, африканец задайт вопрос: «А Тык — это такой русский учёный?»

Часто заходит к нам в IT-отдел по мелким вопросам начальник железнодорожного участка. Заодно треплемся о жизни: телефоны, компьютеры, всё такое.

Осенью 2008 года он всё нахваливал свой служебный Nokia 3110 за безотказность. Попалась на глаза нам статейка в интернете: говорили, можно вырубить насовсем такой телефон эсемеской формата «0x00022...», о чём мы и доложили начальнику участка при следующем визите. Чуть ли не рванув рубаху на груди, мужик рявкнул: «Шлите!» Послали — эффекта ноль. Долго он посмеивался над нами, вспоминая эту историю.

Прошло два года. Приходит, просит помочь настроить интернет на новом телефоне:

— Теперь это служебный.
— А где старый?
— Помер...
— Дошла эсемесочка! — торжествующе воскликнул я.

То ли утро, то ли ещё ночь. Через SSH администрирую удалённый сервер, попутно просматриваю в интернете свежие статьи по IT-тематике, сохраняя интересные прямо на рабочий стол. Пока идёт переиндексация большой базы данных, решаю прилечь на диван в паре метров от компьютера.

В полусне открываю один глаз, смотрю на монитор и спросонья вижу размытую картинку: крупные белые строки на чёрном фоне. Одна за другой панические мысли и мгновенное пробуждение:

— Kernel panic! «Шеф, всё пропало!» Но откуда?! У меня же стояла «хрюша»! Куда делась моя винда?!

Ать-ять, это же значки полутора сотен файлов, ровными рядами набросанные на чёрный фон рабочего стола!

Взбодрившись таким образом, больше спать я не пытался. А ещё дал себе зарок реже работать по ночам и прибраться на рабочем столе — так, на всякий случай.